Как Россия лазером и сапфиром завоевала полмира

Дата публикации: 15 мая 2018 года в 11:58.
Категория: Экономика.

Каждый второй в мире светодиод производится с использованием сапфиров со ставропольского завода «Монокристал», половина всех смартфонов на планете сделана с использованием сапфиров с этого же предприятия. Только «Монокристал» умеет выращивать сапфиры весом до 400 кг, больше никто в мире не может эту технологию повторить.

В марте 2016 года пресс-служба Главного управления МВД по Ставропольскому краю выпустила интересный пресс-релиз. В нём говорилось, что двое жителей города Ставрополя создали организованную группу, в которую вовлекли работников одного из региональных предприятий. И что эти люди за деньги передали «другой организации» сведения, составляющие коммерческую тайну, нанеся таким образом ущерб 14 миллионов рублей.

По данным тамошних журналистов следует, что заведенное по этому случаю уголовное дело стало итогом «спецоперации против китайской промышленной разведки и специалистов китайского промышленного шпионажа»...

Казалось бы, зачем китайским промшпионам залезать за секретами ставропольской фирмы в Россию в 2016 году, когда еще в 2013 году та же фирма построила свой завод в китайском городе Чанчжоу. Но есть нюанс!

Технологии, не дающиеся в чужие руки

Завод Чанчжоу российская компания "Монокристалл" (дочернее предприятие концерна Владимира Полякова - «Энергомера»)конечно построила, - да немного не тот, который китайцы очень хотели бы. И китайцев можно понять: из пары сапфир – паста мало кто выберет пасту. Даже если она «композиционная» и используется для производства солнечных панелей...

Хотя, казалось бы, в производстве вожделенного сапфира ничего неведомого нет. Ведь технология выращивания монокристаллов методом Киропуласа известна с 1926 года. И нужно для выращивания кристалла сапфира по этой технологии всего ничего:  кусочек сапфира в качестве затравки и куча оксида алюминия...

Если у вас дома есть алюминиевая посуда, то на ее поверхности вы могли видеть белый налет, который можно соскрести. Это и есть оксид алюминия. Правда, для выращивания сапфира этот примитивный порошок не годится, - там нужно сырье сверхчистое (не менее 99,996%).

Самое секретное место на заводе «Монокристалл» (на которое и нацеливались наши соседи) — цех выращивания сапфира. Уходящие вдаль огромные галереи плотно забиты ростовыми установками. В их камерах при температуре свыше 2000 ºС в условиях глубокого вакуума сверхчистый оксид алюминия и расплавляется.

В расплав вводится затравочный кристалл сапфира. На затравочный сапфир подается хладагент, в результате возникает разница температур, и оксид алюминия кристаллизуется в четко выстроенную решетку, образуя сапфир.

При этом главное требование к сапфиру на стадии его синтезирования — чистота кристалла. Поэтому не менее строгие требования и к производству — «чистым комнатам», где поддерживается строгая электронно-вакуумная гигиена, регулируется температура и влажность воздуха, предъявляются особые требования к станкам механизированной обработки, персоналу и т. д.

Если не вдаваться в детали, то ответ на вопрос, как же россиянам удалось обогнать иностранцев, лежит на поверхности: на всех ростовых установках есть шильдик: «Сделано в России». Эти установки производят на сестринском предприятии «Монокристалла».

Хотя, конечно же, этот важный фактор не является единственным залогом успехов Владимир Полякова и его "Монокристалла". А с учетом других факторов на выходе вот такие результаты последних трёх лет:

Генеральный директор «Монокристалла» Олег Качалов (сентябрь 2015 года):

--- ... сейчас мы являемся самой крупной в мире компанией, производящей сапфир, и занимаем четверть этого рынка. В каждом четвертом смартфоне с сапфиром есть наш материал. Каждый четвертый светодиод сделан с использованием нашего кристалла.

По данным на конец марта 2016 года, «Монокристалл» занял около 30% мирового рынка сапфира, и это первое место. Отрыв от ближайшего конкурента — более 10 процентных пунктов. Остальной рынок поделен более чем десятком производителей сапфира по всему миру.

После того, как с рынка в 2015 году выбили известную японскую компанию (“Kyocera”), - до этого в течение десятка лет бывшую лидером - ближайшими конкурентами стали китайцы.

--- Объем поставок сапфира "Монокристаллом"  за 2016 год вырос на18%, что обеспечило компании доминирующую долю 33% на рынке сапфира для светоизлучающих диодов.

За первое полугодие 2017 года "Монокристалл" оценивает свою долю на глобальном рынке сапфира для светодиодов на уровне 44%, прибавив более 12 процентных пунктов.

---  ... сегодня едва ли не каждый второй в мире светодиод производится с использованием наших сапфировых компонентов...

В конце 2016 года мы первыми в мире произвели кристалл сапфира весом 350 кг. Такой размер позволяет нам массово производить пластины сапфира большого диаметра, одновременно снижая себестоимость единицы продукции и повышая ее качество - комментирует Зубова.

Согласно данным на начало апреля 2018 года, «Монокристалл» наладил выпуск больших и сверхбольших кристаллов искусственного сапфира и пластин для светодиодов и смартфонов. С запуском этого производства завод вышел на 50% мирового рынка сапфира для светоизлучающих диодов, сообщает Фонд развития промышленности (ФРП).

С момента старта нового производства завод более чем на 70% нарастил производственные мощности. Ежемесячно предприятие способно изготавливать 60 тысяч шестидюймовых пластин искусственного сапфира.

Для запуска нового производства стоимостью 1,5 миллиарда рублей компания изобрела совершенно новое высокотехнологическое оборудование. Подобного в мире больше не существует. На нем растят качественные кристаллы весом до 400 кг. А себестоимость таких кристаллов самая низкая в мире.

Ранее «Монокристал» занимал 44% мирового рынка сапфира, сообщается на сайте компании. А теперь каждый второй в мире светодиод производится с использованием сапфира из столицы Ставрополья...

Как «Монокристаллу» удалось несколько последних лет расти такими потрясающими темпами ? – Ну, конечно же, совершенно случайно.

- Более 10 лет до этого вся команда "Монокристалла" от нечего делать оттачивала своё мастерство во всех сферах своего направления. Делая это на базе коллектива небольшой лаборатории своего предшественника, завода «Аналог», в которой Поляков и разглядел «людей — талантливых, работоспособных, очень умных, которые оказались в состоянии и, главное, захотели развивать технологии дальше» (в 1999 году кристаллы сапфира там выращивались весом всего лишь в 10 кг);

Совершенно случайно помещение, где сидят научные сотрудники «Монокристалла», в четыре раза больше, чем производственный цех. И так получилось ( ясен пень, - само собой ), что вопрос с кадрами остро не стоит — «Монокристалл» наладил сотрудничество с местным университетом...

Ну, а дальше, вообще набор «ничего не значащих случайностей»:

В 2016 году руководство "Монокристалла" взяло и приняло решение о расширении производства. Аж на 70%. Для чего пришлось в инвестпроект вбухать почти 2 млрд рублей. – Деньги, видимо, девать некуда.

Общая стоимость проекта 1, 901 миллиарда рублей, субсидия (ФРП301 миллион рублей

А в Татарстане, - так уж случайно совпало – в конце 2015 года решили забахать проект (на 244 лимона рублей) по выпуску особо чистого оксида алюминия, основного сырья для производства синтетического сапфира.

Стоимость проекта: 244,4 млн руб.

Сумма займа от того же ФРП:  102 млн руб.

Ключевые вехи проекта

4 квартал 2015  Одобрение займа

по 2 квартал 2016  Монтаж и пуско-наладка оборудования

c 4 квартала 2017  Запуск производства оксида алюминия

4 квартал 2020  Возврат займа

Вот так и сошлись два совершенно «случайных» проекта, - как тут "Монокристаллу" в мировые лидеры не выбиться. Дурак сможет при таких-то условиях: часть средств на каждый из проектов государство дало, валюту на импорт сырья уже тратить не надо (и санкций "Монокристаллу" в этом плане со стороны «исключительных» можно теперь не опасаться).

Да еще, - опять же случайно получилось – учёные из команды Полякова взяли да под новый инвестпроект придумали оборудование, лучше прежнего. Подобного которому в мире не существует. И на котором можно выращивать кристаллы весом до 400 кг, за счёт чего снизились и себестоимость их производства, и качество кристаллов...

Похоже, что везёт мозговитым ребятам на «случайные» победы, - ну, как бы иначе, например, достиг таких результатов еще один такой наш соотечественник - Валентин Гапонцев:

Первый квартал года ($ млн.)

2010

2011

2017

2018

Выручка

51,2

100

285,8

359,9

Операционные доходы

5,3

34,1

101,5

141,1

Чистая прибыль

3,4

23,1

74,9

106,3

 

Спецназ из мозговитых и упёртых ребят

Ну, а если серьезно, то бои на износ за крупнейшую долю мирового рынка высокотехнологичной продукции  - это совсем не преувеличение. Как и сравнение со спецназовцами Владимира Полякова и Валентина Гапонцева (выше даны последние результаты именно его фирмы), о котором мы тоже здесь поговорим. 

Потому что краповые береты каждый из них в своей сфере заслужил, пройдя огонь и воды. Как это делают и воины-спецназовцы, стремящиеся стать элитой в элите нашей армии.

У наших спецназовцев от хайтека задача осложняется ещё и тем, что перед марш-броском никто не выдаёт им готовый к бою «автомат».

Своё оружие этим воинам приходится сперва придумывать, а потом и изготавливать прямо в ходе затяжного марш-броска (длиной иногда в десяток с лишним лет), и часто, - в липкой грязи, услужливо набрасываемой им на маршрут и внутренними, и внешними обстоятельствами/ коллегами.

Каждый из двух наших героев стал предпринимателем в возрасте уже далеко не мальчика, а зрелого мужа.

----- Наберитесь веры, терпения и упорства — долгие годы повторял Владимир Поляков работникам «Монокристалла», —  на реализацию инновационного высокотехнологичного проекта, возможно, потребуется вся наша жизнь.

И большинство из них Полякову верили, так как знали историю его собственной жизни и до 1994 года, и после того года, когда он (в возрасте 40 лет) ушел из начальников на заводе, - в самостоятельное плавание:

----- ... Стартовый капитал обеспечила проданная машина «Москвич» [вырученных денег хватило на регистрацию фирмы, - «Энергомера» - и аренды комнаты на два окна]. Но главным была бизнес-идея, она и определила быстрое развитие фирмы. Мы начали поставлять счетчики электроэнергии в энергосистемы...

...На Ставрополье нашли КБ с опытным производством, на котором стали разрабатывать инновационные по тем временам модели электронных счетчиков электроэнергии[ в настоящее время концерну Полякова принадлежит около трети рынка счетчиков электроэнергии в России - shed ].

Со счетчиками Поляков угадал, - они расходились, как горячие пирожки. А вот на изобретение и реализацию сложнейшей схемы получения за свою продукцию оплаты  Полякову понадобилось столько терпения и изобретательности, сколько мало у кого другого нашлось бы. 

----- Денег в то время не было ни у кого. Поэтому придумали схему: использовать в качестве оплаты за нашу продукцию электроэнергию, благо у наших потребителей ее было сколько угодно...

... Схема была чрезвычайно сложной, поскольку электроэнергию нужно было не только обменять на материалы и комплектующие для нашего производства, которых насчитывалось сотни наименований, но и заплатить с ее помощью все виды налогов, обеспечить зарплату сотрудникам. Мы закупали только те товары, которые соответствовали нашей бартерной схеме. Например, мы могли получить газ в Восточной Сибири, поменять его на электроэнергию в средней полосе, затем получить сажу, из сажи сделать шины, шины обменять на автомобили, потом продать автомобили и получить деньги...

Можно привести пример попроще, когда полученная в качестве оплаты электроэнергия направлялась производителю ДСП. Древесина пересылалась производителю мебели. Он выполнял наш заказ, мы арендовали площади в городе и выставляли мебель на продажу. И только тогда в оборот компании поступали наличные средства, получаемые от конечных покупателей. Итоговая прибыль была внушительной, зачастую превышая сто, а то и двести процентов от стоимости отгруженных счетчиков электроэнергии.

В 1999 году, отступив от неизменной стратегии скупки электротехнических предприятий, Поляков приобрел банкротившийся ставропольский завод «Аналог», который в советское время производил кремниевые подложки для микросхем. Тогда главными его заказчиками долгое время оставались закрытые отрасли промышленности, связанные с ВПК и космосом:

----- Я 20 лет проработал на производстве, для меня закрыть завод или даже его часть — совершенно недопустимая мысль» ( напоминает слова главы фирмы «Новик»: «Кто-то в казино играет, или таблетки на дискотеках ест. А я люблю корабли. Корабли должны ходить»), — объясняет он мотивы импульсивной покупки. В результате «Аналог» оказался самым перспективным его приобретением.

Начав санацию «Аналога», Поляков погрузился в изучение его продукции. Из нескольких направлений деятельности наиболее жизнеспособными ему показались два:

... производство алюминиевых паст (их применяют в солнечных батареях) и подложек из монокристаллического сапфира, которые используются в электронике и служат основой для производства светодиодов. Это направление выросло в компанию «Монокристалл». Прибыли от которой Поляков не получал почти 10 лет, в течение которых в научные разработки по «Монокристаллу» он вкладывал то, что получал на электросчетчиках (около 200 миллионов долларов), - из прибылей концерна «Энергомера».

... На выращивание кристалла сапфира уходит несколько недель, по истечении которых его извлекают из установки — в виде так называемой були (Первые в мире 300-, а потом и 400-килограммовые були синтетического сапфира выращены в России.).

Затем эту булю раскраивают, нарезают на цилиндры и брикеты, а их в свою очередь на пластины, которые полируют в специальных аппаратах.

Владимир Поляков, - основатель и владелец многоотраслевого концерна «Энергомера»

А начинала новая компания Полякова очень скромно, - с поставок сапфира для циферблатов швейцарских часов.

----- Даже сегодня (по состоянию на март 2016 года – shed) „Монокристалл“ занимает практически половину на рынке люксовых часов — Rolex или Breitling. На тот момент объемы продаж были с сегодняшней точки зрения смехотворными, они составляли десятки тысяч долларов в месяц, но этих денег хватало, чтобы кормить несколько сотен человек на заводе», — вспоминает Олег Качалов_ гендиректор "Монокристалла".

Другие виды продукции, выпускаемые на заводе, не пользовались таким спросом. Алюминиевые пасты — в конце 1990-х товар специфический. Солнечные панели, где их применяют, тогда выпускались, но в мизерных объемах. Мировой рынок кремния и вовсе был поделен компаниями с мировым именем, пробиться на уже сформированный рынок практически невозможно. В итоге было выбрано два направления: сапфир и пасты.

Концерну «Энергомера» пришлось применить схему перекрестного субсидирования, когда прибыльные направления бизнеса финансировали убыточные. При этом финансирование затянулось на десятилетие.

«Инвестиции шли в то, чтобы развить технологии. Мы были вынуждены произвести революцию в технологиях и вывести их на совершенно другой уровень, когда их уже можно было коммерциализировать», — говорит Качалов.

В начале 2000-х зародился коммерческий рынок светодиодов. Первое их использование — кнопочные мобильные телефоны, на которых использовалась подсветка. Со временем светодиоды становились все более качественными, более яркими, их стали использовать в более требовательных сегментах. И только тогда стало возможно по-настоящему конкурировать с промышленными компаниями.

А как же достигается технологическое превосходство?

----- Главный секрет - в инновационном характере нашей компании. Причем речь идет не столько об инновационной продукции, сколько о технологиях управления, поскольку инновации в менеджменте, как правило, порождают инновации в производстве.

... Мы продолжаем развивать технологии, создавать новые продукты и будем инвестировать в эти цели до 5% от объема продаж. Мы не намерены никому уступать свое технологическое лидерство!

--- Когда производство сапфира стало главным дивизионом в холдинге?

----- В 2010 году. С самого начала я видел большие перспективы этого проекта. В течение десяти лет мы развивали производство и технологии, ожидая бурного роста рынка светодиодов...

--- А когда мировые производители электроники осознали, что им нужны вот эти сапфировые пластины?

----- Думаю, что это произошло где-то в 2005 году. До этого момента отрасль производства сапфира развивалась очень медленно. А с 2005-го начался ее расцвет.

Сапфир используется в качестве основы для производства светодиодов, а они в последние годы стали активно применяться в общем освещении, в мониторах и телевизорах. Настоящую революцию произвел Samsung, который запустил масштабное производство сверхтонких телевизоров с большой диагональю, ознаменовав начало эры LED-телевизоров. Мы были готовы к тому, чтобы удовлетворить бурно растущий спрос. Выручка «Монокристалла» увеличилась с 2004 по 2008 год в четыре раза, а за кризисные 2009—2011 годы — еще почти в три раза. Если 8 лет назад выручка направления «Электронные материалы и компоненты» концерна «Энергомера» составляла 16 миллионов долларов, то в 2011-м — уже 168 миллионов. Ожидается, что следующей движущей силой развития рынка может стать применение сапфира в смартфонах.

Основные потребители продукции "Монокристалла"

  • Производители жидкокристаллических панелей для мониторов и телевизоров
  • Производители систем освещения
  • Производители мобильных устройств
  • Производители телекоммуникационного оборудования
  • Производители солнечных панелей

Западный хайтековский спецназ от нескольких десятков лет сытой жизни разжирел и решил, что изнурительные тренировки  ему не нужны, - так как мышцу можно легко накачать с помощью стероидов монополизма и протекционизма.

Яркий пример на эту тему:

Самое дорогое в мире кладбище 

В то время, как российский бизнес-спецназ в лице "Монокристалла" успешно штурмовал очередное препятствие (произведя крупнейший в мире бездефектный 300-килограммовый кристалл сапфира), примерно вот так выглядели некоторые представители «спецназа» американского в частности и прозападного в целом:

В 2014 году «исключительные» перцы американского розлива самоуверенно решили, что сложнейшие научно-технические задачи можно решать кавалерийским наскоком:

... Компания GT Advanced Technologies (GTAT), планировавшая производить сапфировые пластины в огромных объемах, достаточных для обеспечения защитным покрытием экранов миллионов айфонов «Огрызка», пребывала в полной уверенности, что если она освоила производство установок для выращивания булей сапфира (массой только порядка 100 кг), то успех в выращивании этих булей, - гораздо большего размера - ей обеспечен.

«Огрызок» беспечно выделил самоуверенной фирме более половины ярда зелени для строительства и оснащения соответствующих цехов.

С модернизацией печей для выпуска 262-кг булей у GTAT,  как и следовало ожидать, не сложилось. Количество дефектов в сапфировых заготовках резко возросло: контроль качества в Apple проходило только 10% произведенного сапфира. Огромными усилиями инженеры смогли добиться, чтобы брак составлял только половину продукции: на фабрике сформировалось настоящее «кладбище булей». В итоге компания обанкротилась и распродает сапфировые печи, чтобы расплатиться с долгами, а на её «пепелище» собирались построить ЦОД.

... В это же десятилетие «не шмогли» справиться с "Монокристаллом"  сперва японцы (“Kyocera”), а потом и немцы («Сименс», после вынужденного ухода которого с рынка, одно из его подразделений стало крупным клиентом "Монокристалла")...

С волками жить, - без мозгов и риска не обойтись

Второй герой нашего материала пришёл в предпринимательство в ещё более зрелом возрасте, чем первый.

 

Гапонцев Валентин Павлович

Подробнее о нелегком пути этого человека расскажу в следующем материале, а пока, -  только некоторые основные штрихи.

В 2011 году Валентин Гапонцев так говорил об успехах своей компании:

----- Темпы роста продаж IPG по-прежнему увеличивались и в первом квартале 2011 года", сказал президент компании. "Это был выдающийся рост доходов, так как продажи оборудования компании увеличились в первом квартале 2011 года по сравнению с тем же периодом 2010 года на 95% и достигли 100 миллионов долларов.

Через 7 лет темпы роста детища этого талантливейшего учёного и организатора не снизились:

Первый квартал года ($ млн.)

2010

2011

2017

2018

Выручка

51,2

100

285,8

359,9

Операционные доходы

5,3

34,1

101,5

141,1

Чистая прибыль

3,4

23,1

74,9

106,3

Что стоит за этими сухими цифрами (в 2018 году показавшими 3,5-кратный рост) и комментариями президента транснациональной компании IPG Photonics Corporation? – Долгие годы титанической работыогромная вера в собственные силы и интуицию, целеустремленность и собственная бизнес-модель управления компанией - вот несколько определяющих моментов феномена Валентина Гапонцева.  Родившегося 23 февраля ( что удивляться его краповому берету – родился воином - shed ) 1939 года в г. Москве.

Рискованная работа на коленке

О времени развала СССР  Валентин Павлович рассказывает так:

--- Когда в ходе реформ представилась возможность делать еще в СССР бизнес, мне было 53 года. А меня всегда тянуло попробовать себя самостоятельно. Потому что старая система давила, напрочь, инициативу. Такой человек, как правило, был белой вороной и всех раздражал. Но у меня была хорошая репутация в международном научном сообществе, и предложений о работе за рубежом хватало.

И я решил рискнуть, начать свое дело. Несмотря на возраст. Сначала по старым наработкам. Но скоро стало ясно, что на них бизнес не получится. Необходимо было найти что-то новое, сногсшибательное — и в то же время технологически простое, чтобы склепать первые образцы на коленках. Технологий ведь не было. И я выбрал волоконную оптику. Но не малосигнальную, где уже шел вал разработок для телекоммуникационных и сенсорных систем, а силовую, где еще конь не валялся".

В декабре 1991 г. ( без двух месяцев в 53 года - shed )  заведующий лабораторией ИРЭ РАН к.ф.-м.н. Валентин Гапонцев и руководитель группы НИИ "Полюс" к.ф.-м.н. Александр Шестаков совместно с несколькими своими сотрудниками и студентами основали Негосударственное малое предприятие "Научно-техническое объединение "ИРЭ-Полюс". При этом ИРЭ РАН и НИИ "Полюс" выступили в качестве соучредителей НТО, поэтому созданное объединение получило название "ИРЭ-Полюс".

Первоначально предполагалось, что НТО займется внедрением в России разработок в области твердотельных лазеров и лазерных материалов, выполненных в 80-е годы группами Валентина Гапонцева в ИРЭ и Александра Шестакова в "Полюсе".

Спустя два года Валентин Гапонцев понял бесперспективность первоначально выбранного направления по внедрению разработок в области твердотельных лазеров. Причиной тому был развал экономических связей, фактическое отсутствие спроса на внутреннем рынке и огромная конкуренция на рынке внешнем.

Тогда Гапонцев предложил закрыть неэффективные проекты и перенести все усилия на исследование в области волоконной оптики, но не малосигнальной, а силовой, где «конь не валялся».

Во Фрязино на территории ИРЭ РАН, используя свой успешный опыт производства высокоэффективного эрбиевого стекла, силами небольшого коллектива удалось создать технологический участок, где компании Гапонцева удалось освоить производство разработанного им  активированного волокна. Решительность, подкрепленная научным опытом, и дар предвидения позволили принять решение, в которое никто не верил, но которое оказалось единственно верным.

На свой риск Валентин Гапонцев взял крупный кредит в коммерческом банке и форсировал разработки в этом направлении. В течение 1992-1994 гг. небольшим коллективом сотрудников компании был проведен гигантский объём научно-исследовательских и конструкторских работ. Были решены серьезные технологические проблемы и разработаны первые прототипы волоконных усилителей света с диодной накачкой, на порядок превышающие по мощности зарубежные аналоги.

Итак, «ИРЭ-Полюс» удалось создать волоконные лазеры мощностью более 10 Вт, которые уже можно было использовать в быстро набиравшей обороты индустрии оптоволоконных телекоммуникаций. Но в России в 1990-е годы высокотехнологичные приборы никому не были нужны. И Гапонцев поехал в Германию.

Там он в 53 года впервые в жизни сел за руль автомобиля: путешествовать в поисках заказов на машине было и удобнее, и дешевле... 

В конце 1993 г. появился первый крупный заказчик - итальянская телекоммуникационная фирма Italtel, которая из трех предложенных проектов выбрала один для коммерческого внедрения и тут же потребовала передачи технологии.

Но Валентин Гапонцев не продал, подобно многим российским ученым, “на корню” свою разработку иностранному заказчику - компания сохранила контроль над внедрением (получив при этом за заказ огромные для тогдашних российских реалий 750 000 долларов).  

Организация производства в России представлялась фирме Italtel нецелесообразной из-за огромного коммерческого риска и нежелания зависеть от производства компонентов в России. Сошлись на организации независимой компании в Германии, где к тому времени Валентину Гапонцеву удалось найти новый крупный заказ на разработку импульсного волоконного лазера для систем контроля препятствий при полетах вертолетов. Опираясь на авторитет, заработанный успешным выполнением ранее полученных заказов, под этот контракт был получен крупный кредит. Так в 1994 г. в Бурбахе, ФРГ, была основана вторая фирма будущей Группы – “IPG Laser GmbH”.

Стоит напомнить, что крохотный «младенец» Гапонцева в проекте по вертолёту утёр нос западным корифеям:

----- Это был военный проект — система контроля препятствий при полетах вертолетов. Им для сканирующего локатора нужен был безопасный лазерный источник на полтора микрона. Разработчиком системы была фирма Daimler Benz Aerospace. Они уже потратили с десяток миллионов долларов на известную калифорнийскую фирму, а получили практически неработоспособный газовый лазер весом с полтонны. Это было неприемлемо. Надо систему сдавать, а передатчика нет.

И тут случайно на выставке в Мюнхене ко мне подошел начальник отдела из Daimler Benz. Разговорились, и я предложил ему альтернативное решение на базе волоконного лазера. Запросил полмиллиона марок, и он сумел пробить разрешение на заказ, но при условии, что работа будет сделана в Германии. Это была, конечно, авантюра. Тем более что немцам был нужен лазер значительно большей мощности, чем нам удалось получить до этого.

Этот проект мы сделали на коленке втроем с двумя моими сотрудниками. Сняли в Адлерхофе, Берлин, пару комнат, и там за три месяца создали то, чего никто другой не мог создать за годы: прибор вместо полтонны весом всего три килограмма. Он до сих пор летает, наш первый приборчик (сказано в 2008 году - shed )

Дальше маховик под названием “IPG” только набирал обороты. Так в 1997 году Гапонцев основал фирму IPG Fibertech S.r.l. в Милане, Италияа в конце 1998 г. — IPG Photonics Corporation в Оксфорде, США. О последнем факте нужно рассказать поподробнее.

... Без году неделя действовавшая на рынке США новая компания неожиданно быстро сумела привлечь внешние инвестиции, необходимые для промышленного производства своей уже весьма внушительной номенклатуры изделий. К декабрю 2000 г., когда группа IPG зарегистрировала проспект эмиссии в Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC), ее оборот составлял $52,1 млн., увеличившись за последний квартал 2000 г. почти на $20 млн., при том, что в предыдущем, 1999 году, оборот компаний группы в мире составлял лишь $18,6 млн.

С волками жить, - умей вертеться. И огрызаться

В своей аппаратуре компания IPG Photonics успешно использовала лучшие на тот момент диоды накачки американской компании JDSUединственного производителя диодов накачки такого уровня. Но только до конца 2000 года - до момента окончания действия контракта с JDSU. К этому моменту IPG Photonics представляла собой весьма лакомый кусок для поглощения, а JDSU сильно разбогатела на телекоммуникациях - оборот компании составлял около 5 млрд. долларов, вот они и решили "съесть" IPG Photonics, используя элементарный шантаж.

Валентину Гапонцеву было предложено продать не технологию, как когда-то предлагали итальянцы, а всю компанию целиком. Подробнее об этом бодании теленка с дубом расскажу в следующем материале, а пока только основные штрихи.

--- Это сейчас мы создали полностью замкнутый цикл технологий, обеспечив свою самодостаточность. А раньше единственным в мире поставщиком довольно надежных диодов накачки была JDSU. Их рыночная капитализация на пике составляла 70–80 миллиардов долларов. И они стали скупать все подряд, в частности, стали наезжать на меня — продай компанию. Я не хотел продавать, хотя мог взять хорошие деньги, успокоиться. Тогда они решили меня задавить. А метод был очень простой — я полностью зависел от них, в каждом моем приборе их диоды. И когда у нашей компании закончился c ними контракт, новый контракт они отказались подписывать. Это было в 2000 году...

Гапонцев в очередной раз рискнул, - очень по крупному:

--- И тогда мы решили разработать и выпускать собственные диоды. Это вещь, о которую сломали зубы многие серьезные компании. Редкий случай, но даже Sony не справиласьРиск был громадный, но мы все равно решили попробовать.

Нам нужны были деньги. Поэтому я пошел на частное размещение акций. Раньше мне предлагали это сделать, но я отказывался, а в 2000 году согласился. Провели своего рода конкурс — желающих купить наши акции было хоть отбавляй. Выбрали лучшие предложения и за несколько процентов акций получили 100 миллионов долларов. Эти деньги я пустил на создание современных производств, в частности на разработку диодов...

А стервятнику Гапонцев несколько лет пудрил мозги: сыграл на присущей стервятникам-вампирам жадности, прикинувшись при этом шлангом:

--- Чтобы выиграть время, я уговорил их все-таки подписать с нами контракт, но они вынудили пойти на грабительские условия. Контракт на 70 миллионов долларов с выплатой штрафа в случае сокращения заказа на 70 процентов

Они согласились, потому что решили, что этот русский сошел с ума и теперь у них в кармане. Они, в общем, не стеснялись и публично это говорить

... А мы встали на колени//Помолиться перед боем (с) ...

И бой грянул, потому что «сумасшедший русский» к тому моменту наконец-то нашел нужного ему специалиста:

--- Несколько лет я искал специалиста и нашел того, кто мог бы это дело потянуть. Русский, из ленинградского физтеха, к тому времени он уже провел много лет сначала в Финляндии, потом в США. Мы вместе подобрали еще троих российских ученых. Все уже работали в США. Встроившись в нашу бизнес-модель, эта группа за три года разработала, сертифицировала и организовала массовое производство таких диодов, причем по мощности, надежности и спектральной яркости превышающие диоды JDSU и являющиеся лучшими в мире...

... ряд приборов компании IPG многие годы безуспешно пытаются воспроизвести такие не ограниченные в интеллектуальных и финансовых ресурсах гиганты в высоких технологиях, как Bell Labs, Lucent Technology, JDSU (SDL), Spectra Physics, Coherent, Huges, TRW, Boeing и многие другие, не стесняясь примитивных методов реинжиниринга и прямого плагиата. Однако характерные для IPG темпы и эффективность разработок на порядок-два выше, так что разрыв не сокращается, а нарастает.

Полученные группой результаты настолько поражали, что западное научно-техническое сообщество долго не могло поверить, что за ее спиной не стоит сверхсекретный советский институт или КБ. Дело дошло до расследований “компетентными органами”, которые, естественно, ничего не нашли.

Вернёмся в начало статьи, - к шпионским страстям – и посмотрим, как относятся оба наших героя к сотрудничеству с Китаем.

Вполне очевидно, что высказывают своё мнение по этому вопросу немного по-разному, но относятся одинаково.

Дружба дружбой, а табачок врозь

Интервью от 19 февраля 2014 года:

--- Владимир Иванович, как работает ваш завод в Чанчжоу, комфортно ли вашему бизнесу в Китае?

-----  Очень непростой вопрос. Мы производим там композиционные пасты, которые формируют токопроводящие дорожки на кремнии, тем самым образуя солнечный модуль. Этот продукт имеет большое значение в коэффициенте полезного действия солнечных батарей. Конечно, нас на этом рынке никто не ждал. Впустили только потому, что удалось создать лучший в своем классе продукт.

Мы поставляли его лучшим зарубежным компаниям, но, как только достигли большого успеха, рынок начал перемещаться в Китай. Китайское правительство инвестировало огромные средства в развитие фотовольтаики, и наши клиенты стали один за другим перебираться в Китай, строить там фабрики. Логистика для нас стала более сложной, а наши клиенты требовали быстрой реакции, и мы приняли такое решение. Просто поняли, что если мы в Китае завод не построим, нам придется уйти из этого бизнеса. Совсем.

Стоило нам только написать обращение к китайским властям о своем намерении, они в считанные дни приехали в Ставрополь, осмотрели «Монокристалл», предложили нам земельный участок с компенсацией стоимости в 50%, взяли на себя все затраты с коммуникациями. Дороги, газ, электроэнергия, вода – все было подведено за счет китайских властей. Мы построили завод за 2 года с момента обращения. Китайские власти курировали строительство, проверяли качество, следили за ценами, чтобы не было переплат. Директор нашего завода в Чанчжоу даже стал почетным гражданином города. Так китайские власти поддерживают бизнес.

----- На мировой рынок композиционных паст для фотовольтаики нас впустили потому, что качество нашего продукта не вызывало вопросов. Обратились к китайским властям, и в считанные дни нам предложили земельный участок с компенсацией инвестиционных вложений на уровне 50 процентов. Китайцы взяли на себя все затраты на подвод коммуникаций, а также следили за тем, чтобы мы не переплачивали за стройматериалы. В итоге мы построили завод в городе Чанчжоу всего за 2 года. С точки зрения удобства развития бизнеса  работать в Китае восхитительно.

Но рынок высококонкурентный. Сам бизнес в Китае бессмысленный и беспощадный в том плане, что ориентирован на долгосрочные цели. Ради будущего лидерства там готовы жертвовать сегодняшней прибылью. К примеру, цены на пасты за последнее время снизились в 5 раз, мы вынуждены снижать издержки. При этом сам рынок продолжает бурно расти”, — рассказал Владимир Поляков.

По его словам, предлагали построить в Поднебесной и завод по производству искусственного сапфира, причем также на условиях компенсации половины всех затрат инвестора. Однако решение пока не принято, одним из недостатков этого варианта является «высокая стоимость электроэнергии» в Китае (деликатный человек, - не хочет обижать шпионов).

----- Следующий зарубежный проект будет связан со строительством завода по обработке сапфира (и опять, - не по его выращиванию - shed ) в Юго-Восточной Азии, вероятнее всего в том же Китае. После запуска завода по производству паст приобретем первый опыт, оценим результаты, и в 2013 году будем принимать решение о целесообразности строительства нового завода.

Гапонцев ведёт себя по отношению сотрудничества с китайцами так же, как и Поляков: «просвещенный» Запад для входа на китайский рынок  готов на все, а Гапонцев, - нет.

----- Здесь странной видится позиция западных менеджеров, которые продолжают поставлять им на блюдечках свои ключевые технологии. Например, JDSU и Bookham уже перенесли, а Rofin-Sinar недавно объявила, что переносит в Китай сборки мощных лазерных диодов. Я был недавно в Китае на конференции. Там за круглым столом встретились топ-менеджеры шести ведущих западных лазерных компаний, включая IPG, и шести китайских. Все кланяются, мы, мол, в Китае организовали или организуем производство ключевых компонентов. И только я сказал, что никаких технологий мы передавать не собираемся — это самоубийство.

--- Но производство-то вы все равно в Китае организуете?

--- Но лишь финишную сборку интегрированных машин и устройств, адаптированных для громадного китайского рынка. Выбираем подходящих китайских партнеров. То же в Индии с индийскими партнерами. Кроме того, в обеих странах мы развертываем собственные мелкосерийные производства некоторых компонентов и узлов, уже доступных из других, в том числе местных, источников и потому не опасных с точки утечки ноу-хау, но требующих повышенного контроля качества на месте. Немаловажен и доступ к ним по себестоимости.

А ведь это фантастика, как китайцы инвесторов к себе заманивают. Умницы. Взять только новый технопарк Beijing Development Area площадью 40 тысяч гектаров на юго-западе Пекина. Город-спутник, город-сад. За семь лет застроили.

 

Выглядит фантастически: даже не XXI век, а XXII. Великолепные дороги, широченные проспекты, прекрасное жилье, гостиницы, полный сервис и готовые девять сервисов под каждый участок (все виды инфраструктуры и услуг). Сорок минут до центра [Пекина], прекрасный транспорт, никаких пробок. Вся территория облагорожена: сады, водоемы, мостики.

160 топ-корпораций со всего мира уже свили там мощные гнезда. Не только офисы, но и современнейшие производства. Уже вложено более 15 миллиардов долларов, причем две трети — западными компаниями...

Источник: "Афтершок"

Другие использованные источники.

Про сапфир и Полякова:

--- https://www.rbc.ru/magazine/2016/06/574dd8eb9a794781cdb1776c

--- http://expert.ru/expert/2016/13/v-epitsentre-sapfirovoj-revolyutsii/ 

--- https://etokavkaz.ru/sekret-firmy/vlastelin-kamnei

--- http://www.energomera.com/ru/presscenter/all-news?message=657

--- http://monocrystal.ru/wp-content/uploads/2017/11/2017-09-20_PR_doly_rossiyskogo_rinka_priblishaetsa_k_50_procent.pdf

--- https://kavtoday.ru/article/print?id=51599

--- http://www.energomera.com/ru/presscenter/all-news?message=396

--- http://www.forbes.ru/svoi-biznes/predprinimateli/69691-sapfirovyi-korol-iz-agrarnogo-stavropolya

--- https://www.kommersant.ru/doc/3594525

--- https://aftershock.news/?q=node/425631

--- http://frprf.ru/proekty-i-zayavki/proekty/ooo-kama-kristall-tekhnolodzhi-naberezhnye-chelny-65/

--- http://otp.investis.com/clients/us/ipg_photonics/usn/usnews-story.aspx?cid=1004&newsid=53689

--- https://aftershock.news/?q=node/582907

--- https://aftershock.news/?q=node/584891

--- http://shnyagi.net/7133-kvalifikacionnye-ispytaniya-na-pravo-nosheniya-krapovogo-beret.html

--- http://innogest.ru/m?na=12634

--- http://www.interfax-russia.ru/South/exclusives.asp?id=420178&p=10

--- http://www.rusnano.com/projects/portfolio/monocrystal

--- http://www.it-weekly.ru/market/business/76223.html

--- http://www.business-st.ru/article/monokristall_bert_zam_chtobyi_rasshiryat_proizvodstvo_iskusstvennyih_sapfirov

--- https://ria.ru/interview/20120511/646794895.html

Про лазеры-волоконники  и Гапонцева:

--- http://www.ateko.ru/articles/gapontsev-valentin-pavlovich-vystrel-v-desyatku.html

--- http://www.forbes.ru/rating/ekonomika/lyudi/67109-russkaya-hvatka

--- http://www.warandpeace.ru/ru/commentaries/view/57797/

--- «Эксперт» №27 (616), 2008

--- https://aftershock.news/?q=node/582907

--- https://aftershock.news/?q=node/584891

--- http://businesspress.ru/newspaper/article_mId_37_aId_267540.html

--- https://www.euromoney.com/article/b12kn2v04krgg6/beijing-etown-a-meeting-of-brilliant-minds

Источник: 

С волками жить, - без мозгов и риска не обойтись

Второй герой нашего материала пришёл в предпринимательство в ещё более зрелом возрасте, чем первый.

 

Гапонцев Валентин Павлович

Подробнее о нелегком пути этого человека расскажу в следующем материале, а пока, -  только некоторые основные штрихи.

В 2011 году Валентин Гапонцев так говорил об успехах своей компании:

----- Темпы роста продаж IPG по-прежнему увеличивались и в первом квартале 2011 года", сказал президент компании. "Это был выдающийся рост доходов, так как продажи оборудования компании увеличились в первом квартале 2011 года по сравнению с тем же периодом 2010 года на 95% и достигли 100 миллионов долларов.

Через 7 лет темпы роста детища этого талантливейшего учёного и организатора не снизились:

Первый квартал года ($ млн.)

2010

2011

2017

2018

Выручка

51,2

100

285,8

359,9

Операционные доходы

5,3

34,1

101,5

141,1

Чистая прибыль

3,4

23,1

74,9

106,3

Что стоит за этими сухими цифрами (в 2018 году показавшими 3,5-кратный рост) и комментариями президента транснациональной компании IPG Photonics Corporation? – Долгие годы титанической работыогромная вера в собственные силы и интуицию, целеустремленность и собственная бизнес-модель управления компанией - вот несколько определяющих моментов феномена Валентина Гапонцева.  Родившегося 23 февраля ( что удивляться его краповому берету – родился воином - shed ) 1939 года в г. Москве.

Рискованная работа на коленке

О времени развала СССР  Валентин Павлович рассказывает так:

--- Когда в ходе реформ представилась возможность делать еще в СССР бизнес, мне было 53 года. А меня всегда тянуло попробовать себя самостоятельно. Потому что старая система давила, напрочь, инициативу. Такой человек, как правило, был белой вороной и всех раздражал. Но у меня была хорошая репутация в международном научном сообществе, и предложений о работе за рубежом хватало.

И я решил рискнуть, начать свое дело. Несмотря на возраст. Сначала по старым наработкам. Но скоро стало ясно, что на них бизнес не получится. Необходимо было найти что-то новое, сногсшибательное — и в то же время технологически простое, чтобы склепать первые образцы на коленках. Технологий ведь не было. И я выбрал волоконную оптику. Но не малосигнальную, где уже шел вал разработок для телекоммуникационных и сенсорных систем, а силовую, где еще конь не валялся".

В декабре 1991 г. ( без двух месяцев в 53 года - shed )  заведующий лабораторией ИРЭ РАН к.ф.-м.н. Валентин Гапонцев и руководитель группы НИИ "Полюс" к.ф.-м.н. Александр Шестаков совместно с несколькими своими сотрудниками и студентами основали Негосударственное малое предприятие "Научно-техническое объединение "ИРЭ-Полюс". При этом ИРЭ РАН и НИИ "Полюс" выступили в качестве соучредителей НТО, поэтому созданное объединение получило название "ИРЭ-Полюс".

Первоначально предполагалось, что НТО займется внедрением в России разработок в области твердотельных лазеров и лазерных материалов, выполненных в 80-е годы группами Валентина Гапонцева в ИРЭ и Александра Шестакова в "Полюсе".

Спустя два года Валентин Гапонцев понял бесперспективность первоначально выбранного направления по внедрению разработок в области твердотельных лазеров. Причиной тому был развал экономических связей, фактическое отсутствие спроса на внутреннем рынке и огромная конкуренция на рынке внешнем.

Тогда Гапонцев предложил закрыть неэффективные проекты и перенести все усилия на исследование в области волоконной оптики, но не малосигнальной, а силовой, где «конь не валялся».

Во Фрязино на территории ИРЭ РАН, используя свой успешный опыт производства высокоэффективного эрбиевого стекла, силами небольшого коллектива удалось создать технологический участок, где компании Гапонцева удалось освоить производство разработанного им  активированного волокна. Решительность, подкрепленная научным опытом, и дар предвидения позволили принять решение, в которое никто не верил, но которое оказалось единственно верным.

На свой риск Валентин Гапонцев взял крупный кредит в коммерческом банке и форсировал разработки в этом направлении. В течение 1992-1994 гг. небольшим коллективом сотрудников компании был проведен гигантский объём научно-исследовательских и конструкторских работ. Были решены серьезные технологические проблемы и разработаны первые прототипы волоконных усилителей света с диодной накачкой, на порядок превышающие по мощности зарубежные аналоги.

Итак, «ИРЭ-Полюс» удалось создать волоконные лазеры мощностью более 10 Вт, которые уже можно было использовать в быстро набиравшей обороты индустрии оптоволоконных телекоммуникаций. Но в России в 1990-е годы высокотехнологичные приборы никому не были нужны. И Гапонцев поехал в Германию.

Там он в 53 года впервые в жизни сел за руль автомобиля: путешествовать в поисках заказов на машине было и удобнее, и дешевле... 

В конце 1993 г. появился первый крупный заказчик - итальянская телекоммуникационная фирма Italtel, которая из трех предложенных проектов выбрала один для коммерческого внедрения и тут же потребовала передачи технологии.

Но Валентин Гапонцев не продал, подобно многим российским ученым, “на корню” свою разработку иностранному заказчику - компания сохранила контроль над внедрением (получив при этом за заказ огромные для тогдашних российских реалий 750 000 долларов).  

Организация производства в России представлялась фирме Italtel нецелесообразной из-за огромного коммерческого риска и нежелания зависеть от производства компонентов в России. Сошлись на организации независимой компании в Германии, где к тому времени Валентину Гапонцеву удалось найти новый крупный заказ на разработку импульсного волоконного лазера для систем контроля препятствий при полетах вертолетов. Опираясь на авторитет, заработанный успешным выполнением ранее полученных заказов, под этот контракт был получен крупный кредит. Так в 1994 г. в Бурбахе, ФРГ, была основана вторая фирма будущей Группы – “IPG Laser GmbH”.

Стоит напомнить, что крохотный «младенец» Гапонцева в проекте по вертолёту утёр нос западным корифеям:

----- Это был военный проект — система контроля препятствий при полетах вертолетов. Им для сканирующего локатора нужен был безопасный лазерный источник на полтора микрона. Разработчиком системы была фирма Daimler Benz Aerospace. Они уже потратили с десяток миллионов долларов на известную калифорнийскую фирму, а получили практически неработоспособный газовый лазер весом с полтонны. Это было неприемлемо. Надо систему сдавать, а передатчика нет.

И тут случайно на выставке в Мюнхене ко мне подошел начальник отдела из Daimler Benz. Разговорились, и я предложил ему альтернативное решение на базе волоконного лазера. Запросил полмиллиона марок, и он сумел пробить разрешение на заказ, но при условии, что работа будет сделана в Германии. Это была, конечно, авантюра. Тем более что немцам был нужен лазер значительно большей мощности, чем нам удалось получить до этого.

Этот проект мы сделали на коленке втроем с двумя моими сотрудниками. Сняли в Адлерхофе, Берлин, пару комнат, и там за три месяца создали то, чего никто другой не мог создать за годы: прибор вместо полтонны весом всего три килограмма. Он до сих пор летает, наш первый приборчик (сказано в 2008 году - shed )

Дальше маховик под названием “IPG” только набирал обороты. Так в 1997 году Гапонцев основал фирму IPG Fibertech S.r.l. в Милане, Италияа в конце 1998 г. — IPG Photonics Corporation в Оксфорде, США. О последнем факте нужно рассказать поподробнее.

... Без году неделя действовавшая на рынке США новая компания неожиданно быстро сумела привлечь внешние инвестиции, необходимые для промышленного производства своей уже весьма внушительной номенклатуры изделий. К декабрю 2000 г., когда группа IPG зарегистрировала проспект эмиссии в Комиссии по ценным бумагам и биржам США (SEC), ее оборот составлял $52,1 млн., увеличившись за последний квартал 2000 г. почти на $20 млн., при том, что в предыдущем, 1999 году, оборот компаний группы в мире составлял лишь $18,6 млн.

С волками жить, - умей вертеться. И огрызаться

В своей аппаратуре компания IPG Photonics успешно использовала лучшие на тот момент диоды накачки американской компании JDSUединственного производителя диодов накачки такого уровня. Но только до конца 2000 года - до момента окончания действия контракта с JDSU. К этому моменту IPG Photonics представляла собой весьма лакомый кусок для поглощения, а JDSU сильно разбогатела на телекоммуникациях - оборот компании составлял около 5 млрд. долларов, вот они и решили "съесть" IPG Photonics, используя элементарный шантаж.

Валентину Гапонцеву было предложено продать не технологию, как когда-то предлагали итальянцы, а всю компанию целиком. Подробнее об этом бодании теленка с дубом расскажу в следующем материале, а пока только основные штрихи.

--- Это сейчас мы создали полностью замкнутый цикл технологий, обеспечив свою самодостаточность. А раньше единственным в мире поставщиком довольно надежных диодов накачки была JDSU. Их рыночная капитализация на пике составляла 70–80 миллиардов долларов. И они стали скупать все подряд, в частности, стали наезжать на меня — продай компанию. Я не хотел продавать, хотя мог взять хорошие деньги, успокоиться. Тогда они решили меня задавить. А метод был очень простой — я полностью зависел от них, в каждом моем приборе их диоды. И когда у нашей компании закончился c ними контракт, новый контракт они отказались подписывать. Это было в 2000 году...

Гапонцев в очередной раз рискнул, - очень по крупному:

--- И тогда мы решили разработать и выпускать собственные диоды. Это вещь, о которую сломали зубы многие серьезные компании. Редкий случай, но даже Sony не справиласьРиск был громадный, но мы все равно решили попробовать.

Нам нужны были деньги. Поэтому я пошел на частное размещение акций. Раньше мне предлагали это сделать, но я отказывался, а в 2000 году согласился. Провели своего рода конкурс — желающих купить наши акции было хоть отбавляй. Выбрали лучшие предложения и за несколько процентов акций получили 100 миллионов долларов. Эти деньги я пустил на создание современных производств, в частности на разработку диодов...

А стервятнику Гапонцев несколько лет пудрил мозги: сыграл на присущей стервятникам-вампирам жадности, прикинувшись при этом шлангом:

--- Чтобы выиграть время, я уговорил их все-таки подписать с нами контракт, но они вынудили пойти на грабительские условия. Контракт на 70 миллионов долларов с выплатой штрафа в случае сокращения заказа на 70 процентов.

 

Они согласились, потому что решили, что этот русский сошел с ума и теперь у них в кармане. Они, в общем, не стеснялись и публично это говорить

... А мы встали на колени//Помолиться перед боем (с) ...

И бой грянул, потому что «сумасшедший русский» к тому моменту наконец-то нашел нужного ему специалиста:

--- Несколько лет я искал специалиста и нашел того, кто мог бы это дело потянуть. Русский, из ленинградского физтеха, к тому времени он уже провел много лет сначала в Финляндии, потом в США. Мы вместе подобрали еще троих российских ученых. Все уже работали в США. Встроившись в нашу бизнес-модель, эта группа за три года разработала, сертифицировала и организовала массовое производство таких диодов, причем по мощности, надежности и спектральной яркости превышающие диоды JDSU и являющиеся лучшими в мире...

... ряд приборов компании IPG многие годы безуспешно пытаются воспроизвести такие не ограниченные в интеллектуальных и финансовых ресурсах гиганты в высоких технологиях, как Bell Labs, Lucent Technology, JDSU (SDL), Spectra Physics, Coherent, Huges, TRW, Boeing и многие другие, не стесняясь примитивных методов реинжиниринга и прямого плагиата. Однако характерные для IPG темпы и эффективность разработок на порядок-два выше, так что разрыв не сокращается, а нарастает.

Полученные группой результаты настолько поражали, что западное научно-техническое сообщество долго не могло поверить, что за ее спиной не стоит сверхсекретный советский институт или КБ. Дело дошло до расследований “компетентными органами”, которые, естественно, ничего не нашли.

Вернёмся в начало статьи, - к шпионским страстям – и посмотрим, как относятся оба наших героя к сотрудничеству с Китаем.

Вполне очевидно, что высказывают своё мнение по этому вопросу немного по-разному, но относятся одинаково.

Дружба дружбой, а табачок врозь

Интервью от 19 февраля 2014 года:

--- Владимир Иванович, как работает ваш завод в Чанчжоу, комфортно ли вашему бизнесу в Китае?

-----  Очень непростой вопрос. Мы производим там композиционные пасты, которые формируют токопроводящие дорожки на кремнии, тем самым образуя солнечный модуль. Этот продукт имеет большое значение в коэффициенте полезного действия солнечных батарей. Конечно, нас на этом рынке никто не ждал. Впустили только потому, что удалось создать лучший в своем классе продукт.

Мы поставляли его лучшим зарубежным компаниям, но, как только достигли большого успеха, рынок начал перемещаться в Китай. Китайское правительство инвестировало огромные средства в развитие фотовольтаики, и наши клиенты стали один за другим перебираться в Китай, строить там фабрики. Логистика для нас стала более сложной, а наши клиенты требовали быстрой реакции, и мы приняли такое решение. Просто поняли, что если мы в Китае завод не построим, нам придется уйти из этого бизнеса. Совсем.

Стоило нам только написать обращение к китайским властям о своем намерении, они в считанные дни приехали в Ставрополь, осмотрели «Монокристалл», предложили нам земельный участок с компенсацией стоимости в 50%, взяли на себя все затраты с коммуникациями. Дороги, газ, электроэнергия, вода – все было подведено за счет китайских властей. Мы построили завод за 2 года с момента обращения. Китайские власти курировали строительство, проверяли качество, следили за ценами, чтобы не было переплат. Директор нашего завода в Чанчжоу даже стал почетным гражданином города. Так китайские власти поддерживают бизнес.

----- На мировой рынок композиционных паст для фотовольтаики нас впустили потому, что качество нашего продукта не вызывало вопросов. Обратились к китайским властям, и в считанные дни нам предложили земельный участок с компенсацией инвестиционных вложений на уровне 50 процентов. Китайцы взяли на себя все затраты на подвод коммуникаций, а также следили за тем, чтобы мы не переплачивали за стройматериалы. В итоге мы построили завод в городе Чанчжоу всего за 2 года. С точки зрения удобства развития бизнеса  работать в Китае восхитительно.

Но рынок высококонкурентный. Сам бизнес в Китае бессмысленный и беспощадный в том плане, что ориентирован на долгосрочные цели. Ради будущего лидерства там готовы жертвовать сегодняшней прибылью. К примеру, цены на пасты за последнее время снизились в 5 раз, мы вынуждены снижать издержки. При этом сам рынок продолжает бурно расти”, — рассказал Владимир Поляков.

По его словам, предлагали построить в Поднебесной и завод по производству искусственного сапфира, причем также на условиях компенсации половины всех затрат инвестора. Однако решение пока не принято, одним из недостатков этого варианта является «высокая стоимость электроэнергии» в Китае (деликатный человек, - не хочет обижать шпионов).

----- Следующий зарубежный проект будет связан со строительством завода по обработке сапфира (и опять, - не по его выращиванию - shed ) в Юго-Восточной Азии, вероятнее всего в том же Китае. После запуска завода по производству паст приобретем первый опыт, оценим результаты, и в 2013 году будем принимать решение о целесообразности строительства нового завода.

Гапонцев ведёт себя по отношению сотрудничества с китайцами так же, как и Поляков: «просвещенный» Запад для входа на китайский рынок  готов на все, а Гапонцев, - нет.

----- Здесь странной видится позиция западных менеджеров, которые продолжают поставлять им на блюдечках свои ключевые технологии. Например, JDSU и Bookham уже перенесли, а Rofin-Sinar недавно объявила, что переносит в Китай сборки мощных лазерных диодов. Я был недавно в Китае на конференции. Там за круглым столом встретились топ-менеджеры шести ведущих западных лазерных компаний, включая IPG, и шести китайских. Все кланяются, мы, мол, в Китае организовали или организуем производство ключевых компонентов. И только я сказал, что никаких технологий мы передавать не собираемся — это самоубийство.

--- Но производство-то вы все равно в Китае организуете?

--- Но лишь финишную сборку интегрированных машин и устройств, адаптированных для громадного китайского рынка. Выбираем подходящих китайских партнеров. То же в Индии с индийскими партнерами. Кроме того, в обеих странах мы развертываем собственные мелкосерийные производства некоторых компонентов и узлов, уже доступных из других, в том числе местных, источников и потому не опасных с точки утечки ноу-хау, но требующих повышенного контроля качества на месте. Немаловажен и доступ к ним по себестоимости.

А ведь это фантастика, как китайцы инвесторов к себе заманивают. Умницы. Взять только новый технопарк Beijing Development Area площадью 40 тысяч гектаров на юго-западе Пекина. Город-спутник, город-сад. За семь лет застроили.

 

Выглядит фантастически: даже не XXI век, а XXII. Великолепные дороги, широченные проспекты, прекрасное жилье, гостиницы, полный сервис и готовые девять сервисов под каждый участок (все виды инфраструктуры и услуг). Сорок минут до центра [Пекина], прекрасный транспорт, никаких пробок. Вся территория облагорожена: сады, водоемы, мостики.

160 топ-корпораций со всего мира уже свили там мощные гнезда. Не только офисы, но и современнейшие производства. Уже вложено более 15 миллиардов долларов, причем две трети — западными компаниями...

Новости по теме

Комментарии — 1

Денис 15 мая 2018 года в 21:02
Что за бред по результатам ipg? За 2018 выручка за миллиард... и прибыль тоже далеко не 100...

Оставить комментарий