Оборона «Тольяттиазота»: как неназванный «некто» помогает Уралхиму в судах

Дата публикации: 18 марта 2020 года в 12:07.
Категория: Экономика.

«Тольяттиазот». Фото: ТАСС«Тольяттиазот». Фото: ТАСС

Многолетняя судебная тяжба за гигант отечественной индустрии «Тольяттиазот» переходит в финальную фазу. Кассация в Верховном суде и независимая экспертиза Минюста могут сорвать планы «УралХима» взять предприятие под свой контроль и вывести из борьбы за комбинат даже нового анонимного, но очень крупного участника противостояния. 

Реакция обмена по версии миноритариев 

Почти десять лет тянется попытка объединенной химической компании «Уралхим», взять под контроль ПАО «Тольяттиазот» - крупнейшего независимого (не входящего в крупные бизнес-группы) производителя аммиака в России. За эти годы прошло множество судов, взаимных обвинений и даже уголовных дел. Все попытки миноритарного акционера («Уралхиму» принадлежит 9,9% ТоАЗа) перехватить управление не увенчались успехом. 

Однако ситуация стала меняться после появления на стороне основного владельца председатель совета директоров «Уралхима» Дмитрия Мазепина новой влиятельной силы - крупной корпорации, которая пока не афиширует свое участие в этом деле. 

Как сообщает «Независимая газета», именно после вхождения в игру анонимного тяжеловеса, завершилось в суде длившееся семь лет (!) уголовное дело по обвинению бывших руководителей «Тольяттиазота» в хищении собственной продукции более чем на 84 млрд рублей. При наличии неоднозначных доказательств и экспертиз, Комсомольский суд города Тольятти в июле 2029 года приговорил  Владимира Махлая, его сына Сергея и экс-гендиректор предприятия Евгения Королева к срокам по 8-9 лет колоний общего режима. 

По версии следствия и суда, топ-менеджеры предприятия похищали аммиак и карбамид, оформляя хищения в форме продажи продукции завода своим иностранным контрагентам по заниженным ценам, а те, в свою очередь, реализовывали ее по рыночным. Всю похищенную продукцию следствие оценило в 84,1 млрд рублей. 

Однако, как подчеркивают представители осужденных, следствие и суд по неизвестным причинам, не приняли во внимание факт поступления оплаты данной продукции от компании Nitrochem в адрес ТОАЗа на сумму более 65,5 млрд рублей. 

Самарский областной суд, куда была подана апелляция, оставил решение Комсомольского районного суда в силе. 

В самое ближайшее время со всем этим придется разбираться Верховному суду, куда представители «Тольяттиазота» готовят кассационную жалобу. ТоАЗ намерен поставить под сомнение выводы как следствия, так и суда, утверждая, что они основываются на неверных расчетах сомнительных экспертов. Эксперты, знакомые с ситуацией считают, что вероятность пересмотра достаточно высока, так как инициировано повторное проведение экономической экспертизы Минюстом, выводы которого могут в корне поменять ситуацию. 

Химия бизнеса

Чисто технически, «Тольяттиазот» можно сопоставить по производственным мощностям со всей группой «Уралхим». Согласно открытым данным , по итогам 2019 года завод произвел чуть менее 4 млн тонн продукции, тогда как все четыре комбината «Уралхима» - около 6 млн тонн. Структурно эти объемы отличаются - основной продукт «Уралхима» (порядка 3 млн тонн) — это аммиачная селитра, производное от аммиака, который, как раз, является ключевым продуктом «Тольяттиазота».  

ТоАЗ также наращивает производство карбамида - в 2018 году его выпущено 0,7 млн тонн (в сравнении с 1,2 млн тонн у «Уралхима»), а запуск в 2021 году на ТоАЗе третьей установки увеличит производство более чем на 100% по сравнению с 2018 годом, что выведет завод на один уровень с конкурентом. 

Инвестиционная программа «Тольяттиазота», утверждённая до 2025 года, предполагает строительство еще одного, четвертого агрегата карбамида, что сделает ТоАЗ единоличным лидером отрасли. 

С точки зрения денег все еще интереснее - чистая прибыль за 2018 год «Тольяттиазота» составил 7,1 млрд рублей, тогда как «Уралхим», по его же данным,  показал чистый убыток 34,1 млрд рублей за тот же период. Связано это с тем, что у «Уралхима» имеется гигантский (больше $4 млрд) долг, появившийся после покупки в 2014 году «Уралкалия» - об этом глава компании рассказывал в интервью Коммерсанту. А «Ведомости» в свою очередь, сообщали со ссылкой на экспертов, что соотношение долг/EBIDTA у компании составляет 7,47, тогда как средний показатель по отрасли 1,59. По данным издания, в декабре 2019 года, Сбербанк заключил долгосрочное кредитное соглашение с «Уралхимом» и предоставил холдингу финансирование в размере $3,9 млрд, вероятнее всего для того, чтобы возвращать деньги другому кредитору - ВТБ.  

Инвестиционные «меморандумы» ближайшей пятилетки у двух компаний тоже серьезно отличаются. И если у «Тольяттиазота» это «рост выпуска продукции (в т.ч. аммиака примерно на 40% до 4,15 млн тонн в год, карбамида – более чем в 2,5 раза, до 2,53 млн тонн в год) и увеличение EBITDA в 3,3 раза», то у «Уралхима», по словам Дмитрия Мазепина, - это «технологическое совершенствование производства, расширение рынков сбыта и оптимизация логистики, разработка новых продуктов и платформенных решений, не связанных напрямую с производством удобрений, в т. ч. проекты по цифровизации в отрасли сельского хозяйства».То есть, как можно предположить, денег на развитие производства нет. Зато есть они, вероятно, на строительство комплекса по производству аммиака и карбамида в Анголе (оценивается в $1,2 млрд), и приобретение бразильского производителя удобрений (оценивается в $115 млн). 

В этой ситуации активной нехватки средств «Уралхиму» похоже, остается только где-то привлечь недостающие деньги. И именно поэтому многолетняя вялотекущая тяжба с «Тольяттиазотом» перешла в активную фазу: в игру вступил новый участник конфликта.  

Периодическая система (не)правосудия

В последние годы в России не особо принято просто отбирать чужую собственность, поэтому потенциальная смена собственника «Тольяттиазота» решаться будет в первую очередь в судебных залах. Сложившаяся практика показывает, что, порой, выигрывает не тот, кто прав, а у кого больше лоббистские возможности. Но тяжеловесы специализируются на административных и кабинетных играх, и их влияние на самые разные ветви власти неоценимо.  Неоценимо оно может быть и в споре за «Тольяттиазот».  

Оппоненты Дмитрия Мазепина говорят, что на его стороне появилась некая влиятельная сила, пока все еще предпочитающая оставаться в тени.  

В конце прошлого года Самарский областной суд, как уже не раз сообщали СМИ, оставил в силе решение Комсомольского районного суда от июля 2019 года по уголовному делу, которое длилось семь лет. По его результатам бывшие руководители «Тольяттиазота» Владимир Махлай, его сын Сергей и экс-гендиректор предприятия Евгений Королев получили 8-9 лет колоний общего режима. Так же по итогам заочного суда были признаны виновными два иностранных бизнесмена - контрагенты ТоАЗа. 

По версии следствия, топ-менеджеры предприятия похищали аммиак и карбамид под видом продажи продукции завода своим иностранным контрагентам по заниженным ценам, а те, в свою очередь, реализовывали ее по рыночным. Всю похищенную продукцию следствие оценило в 84,1 млрд рублей, при этом почему-то не приняв во внимание факт поступления оплаты данной продукции от компании Nitrochem в адрес ТОАЗа на сумму более 65,5 млрд рублей.  

Парадоксальность решений самарского суда в том, что он определил взыскателем ущерба в пользу «Тольяттиазота»... миноритария - «Уралхим», представители которого в течение многих лет пытаются получить корпоративный контроль над деятельностью ТоАЗа. А абсурд ситуации в том, что «Тольяттиазот» как сторона в судебном разбирательстве в принципе не признает наличие убытка.  

Вынося приговор, суд принял решение об удовлетворении гражданского иска о возмещении причиненного преступлением вреда на общую сумму 87 млрд рублей, что обычно не делается уголовным судом первой инстанции. На решение судьи не повлиял даже отказ от иска представителей потерпевшего ПАО «Тольяттиазот», которые на протяжении всего процесса не признавали факт причинения предприятию имущественного вреда, ссылаясь на свободу рынка и право самостоятельно выбирать контрагентов, а также устанавливать отпускные цены на производимую продукцию. 

Вообще, суды вокруг ТоАЗа регулярно сопровождаются скандалами. В частности, как сообщал «Коммерсант", защита утверждала, что обвинительное заключение было создано «Уралхимом», что, по словам адвокатов, было обнаружено в свойствах электронного файла, врученного защитникам следователем. Несмотря на многочисленные ходатайства защита так и не смогла добиться допроса в суде авторов ключевого доказательства — экспертного заключения о занижении ТоАЗом рыночных цен — Натальи Семилютиной и Сергея Валентея. При этом, как отмечал «Коммерсант», в суде был допрошен эксперт Николай Казанцев, которому первому была поручена данная экспертиза. Казанцев заявил, что на него давили, заставляя изменить выводы и подписать ложное экспертное заключение, когда он сообщил следователю, что продукция ТОАЗа реализовывалась по рыночной цене, Казанцева сразу заменили на Семилютину и Валентея. 

В итоге решение суда создало опасный прецедент, давая бизнес-сообществу понять, что любые действия, совершенные в рамках обычной хозяйственной деятельности коммерческого предприятия, при определённых условиях могут быть расценены как уголовное преступление. От разбирательства дела в высшей инстанции и итогового решения будет зависеть оценка бизнес-климата в России, которая, к сожалению, пока крайне непривлекательна. 

Стоит надеяться, что на нестыковки и неувязки в уголовном деле против руководства ТоАЗа обратит внимание Верховный суд России. 

Скорость реакции меняет катализатор

Под формальной маской соблюдения прав миноритарных акционеров, активность представителей «Уралхима» в судах год от года дестабилизирует работу предприятия, посредством инспирирования разного рода проверок и инспекций вмешиваясь в технологический цикл производства.  

Это растущее давление на «Тольяттиазот» вполне объяснимо. Пользуясь административными рычагами, его оппоненты пытаются сорвать инвестиционную программу предприятия и не дать развиться крупному игроку, который в состоянии серьезно повлиять и на внешний и на внутренний рынок. Но главное - непрекращающимися нападками довести текущих собственников ТоАЗа до вынужденной продажи предприятия, и отнюдь не по рыночной цене. С момента покупки основного пакета «Уралкалия» в 2014 году денег у «Уралхима» на предложение адекватной цены нынешним владельцам ТоАЗа видимо нет, так как обротных средств едва хватает на погашение крупных кредитов, а новый крупный участник может серьезно помочь и в этом случае – финансовыми ресурсами. В ситуации падения рубля, «Тольяттиазот» чувствует себя комфортнее своего конкурента, так как более 70% выручки генерируется благодаря экспортным контрактам.

А «Уралхим» последние годы наращивает свой сбыт в России и до половины продукции реализует на внутреннем рынке.Такое раскачивание ситуации в судах и высоких кабинетах может стать успешной стратегией захвата «Тольяттиазота». Но допустят ли такое развитие событий новый генеральный прокурор и новое правительство России? И каким образом это дело рассмотрит Верховный суд? 

Новости по теме

Оставить комментарий