15 лет царствования Потанина довели Норильск до грани катастрофы

Дата публикации: 10 сентября 2010 года в 14:15.
Категория: Экономика.

Настоящая драма разворачивается сегодня в заполярном Норильске. Многолетнее царствование Потанина поставили город на грань гуманитарной катастрофы. А потому к очередному этапу противостояния владельцев градообразующего предприятия впору вводить чрезвычайное положение.

Скандал, разгоревшийся на последнем собрании акционеров компании «Норильский никель», заставил многих вспомнить грандиозные «олигархические войны» эпохи «залоговых аукционов» и рейдерского передела собственности. Схватка двух «капитанов экономики», ставшая предметом разбирательства в российском правительстве и Лондонском международном арбитражном суде, накалом страстей напоминает лихо закрученный сюжет телесериала. Тем временем настоящая драма разворачивается сегодня в заполярном Норильске, за тысячи километров от переговорных комнат и кабинетов судей. Пятнадцать лет царствования «Норникеля» поставили город на грань гуманитарной катастрофы. А потому к очередному этапу противостояния владельцев градообразующего предприятия впору вводить чрезвычайное положение. Этот город многие его жители считают разросшейся проходной одного из крупнейших в стране металлургических комбинатов. Да и приезжих на дороге из Алыкеля встречают сразу две совершенно одинаковые стелы, на одной из которых красуется надпись «Норильск», а на другой - «Норильский никель». Предприятие, считающееся мировым лидером по производству палладия, изначально переросло статус «градообразующего». Без «Норильского никеля» не было бы и Норильска. И только «Норникель», в лице своих главных акционеров, отвечает сегодня за то бедственное положение, в котором оказался город.

Предпринимательский мир тундры

Норильск, выросший посреди арктической пустыни, у подножья приполярных гор Путорана, только на первый взгляд кажется исключением из правил. На деле это типичный моногород с обычным набором проблем. Как шутят сами его жители, первый этап истории города - это героический эпос, второй - производственная драма с множеством положительных героев, а третий - затянувшийся плутовской роман. В бушующее море капитализма огромный комбинат, а вместе с ним и прилегающий населенный пункт, нырнул в начале 90-х годов. С тех пор жизнь «флагмана цветной металлургии», как его называли в советской еще прессе, изменилась до неузнаваемости. Жизнь за полярным кругом экстремальна по определению. А потому каждый провал в работе руководителей градообразующего предприятия и местной администрации имеет здесь катастрофические последствия. Перемены в жизни Норильска стали заметны еще до приватизации комбината. На волне горбачевских, а затем и гайдаровских реформ в городе начались перебои с продуктами, обмелел некогда обильный «северный завоз», появились задержки с выплатой зарплаты. Казалось, что рынок, в лице «эффективных менеджеров», расставит все по местам. На деле жителям Норильска пришлось столкнуться с той разновидностью капитализма, которую в народе принято называть «грабительской» и «дикой». Будущее заполярного производственно-городского анклава один из журналов обозначил одной емкой фразой: «Норильск - для тех, кто хорошо зарабатывает. Остальным тут делать нечего». Дальнейшая история города развивалась именно по этой нехитрой программе. Возможность работать и «хорошо зарабатывать» в нашей стране дана немногим. Поэтому далеко не каждый житель Норильска принадлежал к категории платежеспособных. Содержать многочисленные «непрофильные» и бездоходные городские службы власти комбината посчитали делом обременительным. Одним из первых о свертывании «непрофильных активов» заявил акционер Владимир Потанин. Затем его инициативу подхватили прочие «эффективные собственники», устроив масштабную распродажу, разом избавившую комбинат от совхозов, лагерей детского отдыха, профилакториев и служб быта. Затем под удар попали самые незащищенные слои местного населения: комбинат прекратил строить жилье для ветеранов, передав жилищный фонд и общественный транспорт местному муниципалитету. Профсоюзы сопротивлялись, как могли. Иногда, заручившись поддержкой федеральных служб, им удавалось нанести «буржуям» ощутимые неприятности. Но, по замечанию одного из представителей заводского «сопротивления», люди боятся, а руководство головного офиса, похоже, не в состоянии повлиять на ситуацию. Результат подобной «оптимизации расходов» недавно озвучили социологи. По данным опроса, около 85% норильчан намерены уехать из Норильска в течение ближайших нескольких лет. Причем даже возвращение былых социальных гарантий вряд ли заставит их переменить свое решение. В городе попросту опасно жить. Дело в том, что частные владельцы комбината экономили не только на жилищном строительстве, общественном транспорте и содержании пионерлагерей. Работа такого гиганта, как «Норильский никель», требует огромных затрат на проведение природоохранных мероприятий, включая модернизацию очистных сооружений и разработку новых, более безопасных технологических процессов. Акционеры концерна предпочитали вкладывать деньги в другие проекты. Как результат, по данным Нью-йоркского института Блэксмита, в этом году Норильск впервые обошел Чернобыль в списке самых загрязненных городов мира. А Всемирный фонд дикой природы (WWF) России и руководство токсической программы Гринпис считают «Норильский никель» основным глобальным источником загрязнения Арктики и окружающей среды в России.

Болезненная тяга к прекрасному

Спорить с экспертами трудно. Сегодня комбинат признает существование серьезных проблем в сфере экологии, наращивая счет многомиллионных штрафов. Расплачиваться за погубленную природу и здоровье жителей Норильска комбинату приходится не только деньгами. Страдает репутация всех, кто так или иначе имеет дело с комбинатом. К примеру, в 2009 году Пенсионный фонд Норвегии продал акции «Норникеля», обвинив его в загрязнении окружающей среды. Сегодня, как утверждают представители всемирных природоохранных организаций, подобное решение готовы принять чиновники целого ряда других западных стран. Конечно, хозяева «Норникеля» могли бы сбить волну возмущения, обустроив должным образом очистные сооружения комбината. И деньги на это у них есть. Вот только тратить многомиллиардные дивиденды владельцы комбината предпочитают на другие цели. К примеру, Владимир Потанин, один из главных акционеров «Норильского никеля», увлекается благотворительностью. Причем, в отличие от прочих меценатов, оплачивающих дорогостоящие операции детям из малоимущих семей и берущих на содержание целые сиротские приюты, Потанин решил проявить щедрость в отношении гораздо более значимого объекта, облагодетельствовав государственный музей «Эрмитаж». Скромность в бизнесе только вредит. Даже если этот бизнес основан на чистом доброхотстве. Собственную программу меценатства Владимир Потанин начал с пиара. А именно, для начала учредил благотворительный фонд имени самого себя. Затем фамилия российского олигарха появилась в списке членов правления Совета попечителей американского благотворительного фонда Соломона Гугенхайма. Объект денежных вливаний был определен после тщательного анализа существующего рынка благотворительности. Понятно, что строительство детских садов в том же Норильске или покупка квартир норильским ветеранам труда особой славы не принесет. Зато удачное вложение денег, помимо морального удовлетворения, может заметно укрепить неубедительную репутацию. Окончательный выбор Потанин сделал вначале «нулевых» годов, став председателем Попечительского совета петербургского Эрмитажа. Как отмечала газета «Век», «...обширные и грамотно отпиаренные благотворительные программы помогли предпринимателю избежать судьбы сбежавших за границу Владимира Гусинского и Бориса Березовского, отправленного за колючую проволоку Михаила Ходорковского и умершего в нищете Владимира Виноградова. Правда, закончилась программа финансирования и без того не бедствующего главного музея «культурной столицы» не так, как это планировал акционер «Норникеля». Нагрянувшие с проверкой аудиторы Счётной палаты обнаружили в хранилищах Государственного Эрмитажа явные следы незаконного вторжения. Более того, по результатам ревизии выяснилось, что часть ценных экспонатов музея бесследно исчезла.

Предъявить счет к оплате

Масштабы «благотворительных» трат Потанина секрета не представляют. Известно, что только на перестройку здания Главного штаба он выделил около трехсот тысяч долларов. Сколько ветеранских квартир, детских санаториев и бесплатных автобусных маршрутов для льготников можно было бы оплатить за счет прочих пожертвований Потанина - вопрос риторический. Задать его, пожалуй, могут только сами работники «Норильского никеля». В минувшем июне это попытался сделать профсоюз «Защита», приурочив свой пикет в центре Москвы к очередному собранию акционеров. Главным требованием протестующих стало повышение зарплаты. А еще работники «Норникеля» требуют от владельцев своего комбината спасти погибающее городское транспортное хозяйство, систему здравоохранения, ЖКХ. Отдельными пунктами в списке претензий стоят вопросы экологии. А еще, как отмечает сайт профсоюза, коллективное действие, требование немедленной национализации комбината, - это не только вопрос прав рабочих, но и вопрос сохранения самого комбината, который они считают своим. Чем ответят на эти требования главные владельцы, станет ясно в ближайшее время. Но, во всяком случае, акционерам комбината придется самым серьезным образом прислушаться к голосу работников «Норникеля». Доведенные до отчаянья люди сегодня демонстрируют легендарный «норильский характер», воссоздав задавленное было профсоюзное движение. Прежний опыт борьбы за свои права, включая тесное взаимодействие с налоговыми и правоохранительными органами, может пригодиться и сейчас. Конечно, добиться пересмотра итогов скандальной «залоговой приватизации» работники комбината не смогут. А вот вернуть Владимиру Потанину его презрительный вопрос «Вы думаете, у нас есть будущее?», брошенный им на одной из пресс-конференций, жителям Норильска вполне под силу. Московский Комсомолец, Вадим Кораблев

Новости по теме